«Заря свободы». (Март  – июнь 1918 г.)

На всякий случай заказала в Национальной библиотеке РК несколько подшивок разных газет – предшественниц «Огней Алатау» послереволюционного периода. Что-нибудь, да сохраниться должно! Каковы же были мои радость и  удивление, когда мне принесли стопку газет, которая еле умещалась на столе. Мне предстояло совершенно удивительное дело – встреча со своими коллегами-журналистами 1918 года. 

Итак, март 1918. На базе бывшей газеты «Семиреченские ведомости» печатается новая революционная газета «Заря свободы» – орган Семиреченского областного революционного органа Советов. Главный редактор – Рудольф Павлович Маречек. 

«С переходом  «Семиреченских ведомостей» в новые руки, – пишет газета, – новая редакция в будущем будет выпускать газету под названием «Заря свободы», и статьи будут печататься в новой орфографии». Действительно, символом обновления стал  отказ от старинного «ять», текст за некоторым исключением приближен к современному.

В первых номерах – множество воззваний к гражданам сохранять спокойствие. Вот такое, например,

«Товарищи! Имейте в виду, что наша идея не такова, как пропагандируют, мы вооружились ведь не для того, чтобы силой оружия, проливая нашу по вере братскую и товарищескую кровь, захватить и грабить все, что нравится. Да не будет этого, не допустим с нашей стороны никогда никаких подлостей… Вооружились мы для того, чтобы стоять на страже интересов свободы. Горячо призываем граждан г. Верного и его окрестностей быть в покое, т. к. это все должно пройти мирным путем без всякого кровопролития».

Газета печатает сообщения из революционного Петрограда и местные Указы.  Выработан, например, устав сельскохозяйственного общества «Равенство». Так как «крестьяне в большинстве своем стремятся к созданию социалистического образа жизни», то, согласно уставу, сельскохозяйственное общество «гарантирует своим членам все необходимое, требуемое для жизни человека как в смысле физическом, так и моральном». «Все члены  общества и их семейств пользуются на одинаковых правах получением всего необходимого к жизни: квартиры, отопление, освещение, пища, обувь, белье и платье. Девушки, выходящие замуж вне общины, пользуются правом получать приданое в размере, установленном обществом. В случае болезни – равные права на получение прибыли».

Отвлекаясь, скажу, что это – прообраз коммун, которые нам  построить   так и не удалось, но  зато они здорово получились в Израиле (кибуццы), где существуют и поныне.  Их организовали в начале двадцатых переселенцы из России, полные коммунистических идей. 

…Так как революция была совершена в Верном бескровно, обычная жизнь,  судя по газете,  здесь текла так же, как всегда. Печатается множество объявлений. Музыкально-драматический кружок ставит пьесу А. П. Чехова «Иванов» – новые революционные драматурги еще не появились. Продается дом. Некто ищет попутчиков до Семипалатинска. В Лепсинске работает амбулатория союза врачей, причем бедные принимаются бесплатно. Редакция вновь и вновь призывает людей излишне не тревожиться,  обращение «господа» сменилось на «граждане».  «Нет положительно никакой необходимости строить ужасы и бояться за будущее. Смело, без боязни, приступайте, граждане Семиречья, к своим обычным занятиям, хлеборобы, готовьтесь к пахоте! Вам общий покой гарантирован».

Приступает к работе народный комиссар Семиреченской области Мукамедиев.

На первой странице «Заря свободы» ежедневно печатает объявление о денежной благотворительной лотерее, доход от которой  поступает в особый денежный фонд на покупку хлеба голодным жителям города Верного.

Журналисты газеты трудятся на сплошном энтузиазме. Об этом свидетельствует такое сообщение «от редакции»:

«По просьбе нашего сотрудника Юрия Арскаго, вызванного письмом ему г. Володина, редакция сообщает, что ни одной копейки им от газеты за помещение редакционных статей и стихотворений получено не было, т. к. гр. Арский  работает в газете не ради денег, а ради идеи. От всяких же личных счетов в газете принципиально отказывается».

Продолжаются некоторые разборки, уводящие еще ко временам «Семиреченских ведомостей». Так гр. Лундвиг обвинил прежнего редактора газеты Туполева в том, что он своевременно не опубликовал его обращение к согражданам из «выселка Илийского» о помощи голодающим. А так как он одновременно оказал им личную помощь, то помощь не дошла. Через несколько номеров  Туполев отвечает, что он тут не при чем. Во-первых, он уже тогда был, по не зависящим от него обстоятельствам, редактором формальным и газету не редактировал,  а во-вторых, «перевод пришел вовремя, и газета не могла этому помешать…»

Ну а  Лундвиг через некоторое время становится ведущим журналистом газеты и главным революционным поэтом области.

Как указывал В. И. Ленин, газета с первых дней стала не только пропагандистом, но и организатором. Например, в ней публикуется сообщение, что «с воскресенья 10 марта начинается  партийная жизнь социал-демократической организации большевиков». Обращается с призывом: «Принимайте широкое участие для выяснения всех социалистических задач и жизненных реформ!.. Мы не разбойники, как нас оклеветали, и не думаем отбирать у кого-либо ему нужное добро, мы желаем только сгармонизировать жизнь так, чтобы не было бездомных, недоедающих трудящихся, рабов и богатых лентяев с гниющими капиталами, мы желаем создать жизнь для всех равномерной и правдивой на за счет грабежа и насилия».

Запись членов в социал-демократическую организацию большевиков проводится ежедневно в редакции газеты «Заря свободы.

Газета по традиции  печатает отчеты о каждом представлении тезки газеты – драматического музыкального кружка «Заря». Вот, например, сбор со спектакля «Нечистая сила». Выручка  – 1293р. 50к. Расход на постановку – 681р. 30к. Осталось и вручено бенифициантам Клавдии Сергеевне Черкинской и Петру Степановичу Банченкову – 612р. 20к.

Тем временем, долго на энтузиазме не проработаешь. И если журналистами газеты движет идея, то печатники совсем приуныли. Надо повышать цены, и газета обращается к читателям: «Старые хозяева оставили нам бедное хозяйство, почему при постоянной дороговизне рабочие нашей типографии получают ничтожное жалованье, в среднем 70 рублей в месяц. Они терпели и терпели, но, наконец, высказались, что дальше им жить на эти средства невозможно. В виду этого редакция  считает нужным, издавая единственную революционную газету в Семиречьи, повысить подписную плату за газету». Номер теперь стоит 20 копеек, подписная цена на год 30 рублей, а на полгода – 16 рублей 50 копееек.  «Товарищи трудящийся народ, – обращается газета к читателям, – поддерживайте распространение и жертвуйте на Ваш революционный орган, проявляя и отстаивая волю вашу, волю трудового народа».

И еще одно любопытное объявление. В помещении общественного собрания любителей  Малорусского драматического искусства состоится спектакль. 50 процентов его чистого сбора пойдет на открытие в Верном сельскохозяйственных и ремесленных курсов  для инвалидов и вдов, мужья которых пали на войне. Устроители пишут, что «вечер обещает быть очень оживленным, так как все три акта комедии пройдут при гомерическом хохоте».

Словом, революция революцией, а зрелища никто не отменял.

«Голос Семиречья» (июнь-декабрь 1919 г.)

В 1919 году газета выходит под названием «Голос Семиречья». Название ее часто менялось, думаю, потому, что менялось название «революционного органа» Семиречья. Теперь  это Семиреченский областной Комитет Российской Коммунистической партии большевиков.

Большевики сражаются за власть, идет гражданская война. Никто не сомневается, что «мы на горе всем буржуям мировой пожар раздуем!» То и дело печатаются сообщения о   революционной ситуации в мире. Создается впечатление, что вот-вот  во всем мире воцарятся «равенство и братство». «В Швеции среди рабочих растет недовольство нынешним социалистическим правительством. Левые социал-демократы выпускают  воззвание», в котором обвиняют правительство в соглашательстве и капитуляции».

Но есть и весьма любопытные заметки. Например, идет дискуссия о цирке. Существует мнение, что «цирк это балаган и ничего существенного народу не дает, и что его давно пора закрыть». Городской комитет партии взял цирк под свое наблюдение. Некоторые номера было решено несколько «революционизировать». Директор цирка А. Сосин сам пишет пантомимы нового содержания. Например, «Жизнь за свободу» или «Вперед к коммунизму». Кроме того, в цирке  исполняется песня «Красное знамя кровью облитое», во время которой артисты  держат в руках знамя. А вот «глотание лягушек, танец босого по размельченному стеклу и глотание с огнем кусочков мяса» из репертуара изъяты, вероятно, как несущие враждебную революционным массам идеологию.

«Орган областной печати раскрепощен, – пишет газета в передовой, – печать свободна. Пролетариат не должен терпеть недоговоренностей, замалчивания. Все должно быть под контролем народа. «Голос Семиречья» будет твердо и властно звучать по области…  Будет беспощадно бичевать все и каждого в отдельности».

На страницах газеты появляется «черная доска», на которую планируется заносить все негативные жизненные явления.

Это не всегда получается, как задумано, что у одного из читателей – Залесского – вызывает бурю негодования.

«Что же помещено на ней? (На «черной доске – Л. М.) Местные общеизвестные крокодилы, ягуары, шакалы? Мародеры и прихлебатели революции? Нет! Выдержки из московской «Бедноты» о мелкой сошке, и не из Семиречья, а европейской России. Вместо доморощенных хищников читателю предлагают картинки мелкого зверья. Вот так известный «Голос», нечего сказать! Если вы, члены редакционного коллектива, назвались груздями, так и полезайте в кузов! И если у вас не только «новая шкура», но и новое сердце, то покажите это на деле, а не разыгрывайте из себя «рыцарей без страха и упрека!»

Опубликовав столь критическую заметку, редакция не думает с ней соглашаться, называя ее всего навсего… буффонадой. «Вступать в полемику противно, но мы помещаем статью из уважения к свободе Слова», – информируют читателей журналисты.

В это время здесь – в неимоверно сложных условиях – работают всего три человека. 8 июля 1919 года газета не выходит – «по техническим причинам» – порча электрического освещения и отсутствие керосина».

«Правда». (Декабрь 1919 г. – октябрь 1922 г.)

Теперь это орган областного комитета РКП и областного исполкома Коммунистических Советов Семиреченской области.

Идет гражданская война. Печатается все больше сообщений о революционных событиях в мире.

«Над землею резво веет

Знамя красное труда,

Все враги его немеют,

Рать рабочая сильна!»

«Большое движение охватило страны Южной Америки, особенно Чили и Перу», «В Барселоне выходит большевистская газета».  «Приветствие английскими рабочими советской России». «В Софии народ требует отречения царя!» «Красными войсками взят Киев…»

Всем кажется, вот-вот, и коммунизм восторжествует на всей планете… Мы-то  теперь знаем, что этого не случится. Но, вероятно, капиталисты  Швеции, Америки, Швейцарии и других стран были до того напуганы событиями в России, что повернулись лицом к нуждам свои рабочих и крестьян, пошли им на уступки,  и быстренько без всяких революций построили в своих странах столь желанный нами «социализм».  Как мы видим, людям в этих странах живется очень даже не плохо, а вот наша коммунистическая,   прекрасная по своей сути  идея потерпела фиаско. Что-то в гениальном плане В. И. Ленина не сработало. В этом когда-нибудь  досконально разберутся  ученые будущего. Нам сегодня это понять невозможно, слишком еще все  близко…

Ну а мы вернемся в декабрь 1919 года. Именно в это время в далекой Сибири родился мой отец, вся жизнь которого уложилась в рамки советского строя, – он умер в 1991 – да и профессия у него   соответствовала своему времени: преподаватель истории КПСС.  

Перестраивается образование, которое теперь, как и многое другое,  становится народным. Бывшая гимназия Верного стала теперь женской школой II ступени.  Народная аптека печатает объявление: приходя за лекарствами необходимо приносить с собой чистую посуду, чтобы не тратилось время на ее помывку. В Верном образуется литературный кружок, «членами которого могут стать как коммунисты, так и беспартийные, стоящие на платформе советской власти». Вступить в кружок может всякий, желающий работать в печати или в кружке, независимо от степени образования, развития и активности. Цель: поддержка сотрудников печати.

«Семиреченская правда». (Октябрь, 1922 год)

Газета становится «органом обкома КПТ, Облревкома и облпрофсовета Семиробласти».

Уже внедряется в жизнь Новая экономическая политика (Ленин понимает, что страна идет «не в том направлении» и изо всех сил, больной, стремится, как может, исправить положение).  В газете появляется все больше «новояза», г. Верный переименовывается  в Алма-ату. Дикая инфляция. Месячная подписка на газету стоит 750 тысяч рублей, на три месяца – 2 миллиона.

Только что все пережили эпидемию холеры – в Алма-ате случаев болезни нет, а в области, в том же Лепсинске,  еще случаются отдельные заболевания.

Вся страна переживает болезнь Ленина и облегченно вздыхает, когда появляются признаки улучшения.

«Отдохнувший капитан возвращается на капитанский мостик. Волна новой бодрости  пронизывает весь экипаж корабля» (Г. Зиновьев) «Сколько надежд у наших противников было связано с «гибелью» Ильича! Сколько бешеной слюны пролито на писчую бумагу белыми и розовыми борзописцами… Ильич возвращается к работе. Ильич – «центромозг» нашей партии, признанный гений мировой революции… Он будет с нами  долго-долго. Мы все жмем сейчас руку Ильича. Эта железная рука хорошо держит «вожжи российской колымаги». (Н. Бухарин)

И Бухарин, и Зиновьев тогда еще были в почете, не зря они так переживали за Ленина, вероятно, предчувствовали, что приход нового генсека в лице Сталина ничем хорошим для них не кончится.

Выздоровление Ленина приветствует местный поэт и журналист газеты Лундинг:

«Гремит по Республике радостный клич:

– Снова на вахте Владимир Ильич!

Снова он правит железной рукой,

Легко справляясь с противной волной.

Кормчий бессменный опять у руля,

Верен, надежен бег корабля.

Шквалы и штормы теперь непочем,

Их не боимся мы с Ильичем!»

Согласно указанию Ленина, образуются первые кооперативы. Например, кочующие кооперативы-кибитки, обслуживающие кочевников-скотоводов на местах.

Государство борется с нарушениями дисциплины, в том числе в среде  ответственных работников. Так постановлением Облгорревкома представитель Облземотдела гр. Чалпанов условно арестован на 7 суток «за самовольный уход с заседания». Печатается все больше критических заметок. О том, что в с. Балтабай отсутствует вода, что плохо работают шефы Красной Армии. В суд  обращается гр. Зигаев, которого «выбросил на улицу» зажиточный гражданин Шиянов, не заплатив ему положенный трехмесячный оклад. Народный суд присуждает Шиянову выплатить 120 миллионов рублей Зигаеву, а заодно и штраф в размере 150 миллионов рублей. Будет знать, как творить беззаконие!

Страна отмечает пятую годовщину революции.

«Если посмотреть здраво на вещи, то станет вполне ясно, что коренное население было обречено разоряться, батрачить, вымирать… На его месте должно было создаться крепкое пришлое хозяйство – результат обрусенческой политики. Революция уничтожила эти ненормальные условия. Она, уничтожив национальное неравенство, положила предел нарочитому разорению, создала возможность развитию туземного хозяйства, созданию богатства обширного края».

«Джетысуйская правда» (Октябрь 1922 г. – июнь 1924 г.)

Печатается статья о национализации типографий в Алма-ате в мае 1918 года. Журналистам удалось выяснить, что в состав новой вновь образованной Семиреченской областной народной типографии вошли типографии Семиреченского областного правления,  Семиреченского войскового правления, Мусульманского общества, частных типографий Иванова, Зырянова и Обухова.

В газете мелькают рубрики и  заголовки: «Страничка женщины», «Страничка молодежи», «В потемках родовых пережитков», «Когда же деревня увидит настоящий свет?», «К съезду завуженотделами», «На пленуме обгоревкома», «На трудгужкампании»…Обратите внимание, как звучит: «Обгоревком»!

«Наш Талды-Курган, – сообщается в одной из заметок, – подобно волжскому утесу, тоже «оброс», но не только мхом, но и самогоном». Особо крутыми мерами решено действовать против пьющих ответработников и членов пролетарских организаций.

Появляется еще один «новояз» –  «нэпман».

«Торговля упрочится, – цитирует газета поэта Демьяна Бедного, – если нэпмановская бухгалтерия будет питать к советской власти больше доверия».

А поэт Лундинг отзывается на злобу дня в стихах:

«Тише шипите, спекуляции гады,

В ежовой перчатке рука ГПУ,

Сожмет  так, что «наживе» не будете рады,

Весь ваш капитал превратится в труху».

В заметке «Квартирант» сообщается, что в Чемолгане, в одном из лучших домов  помещение библиотеки, оставшейся от ушедшей ячейки КСМТ, занял поп. «Граждане села решили: «Библиотеку выбросить, попа поселить».

На что уже другой поэт под псевдонимом Шмель (а может это был тот же вездесущий  Лундинг, стиль похож) снова отзывается хлесткими стихами:

«Знать у граждан Чемолгана

Узок лоб,

Поселился в Комсомоле

Жирный поп,

Повыбрасывал он книги

Из шкафов,

Изругав при том

«Советских дураков».

А ведь есть же там ячейка,

Эй, смотри,

И попу по-комсомольски

Нос утри,

Чтобы не было повадки

Всем другим,

Сиречь тоже «квартирантам

Дорогим»…

Бедный поп!…

И еще много интересного можно прочитать на страницах предшественниц «Огней Алатау». Мне нравится выражение, что газета – «секундная стрелка времени». Читаешь страницы, с трудом разбирая истертый шрифт, и словно оказываешься в том времени, понимаешь, что и тогда люди жили, работали,  думали, боролись за какие-то идеалы, мечтали о лучшей жизни…

Я надеюсь, что и нынешний труд журналистов нашей газеты не пропадет бесследно. И когда-нибудь лет через сто какой-нибудь историк,  журналист или писатель, читая наши страницы, попытается разобраться, какими были мы – люди «на перепутье тысячелетий»: о чем думали, что любили, о чем мечтали, и мы станем ему вдруг близки…

Ну а мы прощаемся с газетой Семиречья в 1922 году. Мы знаем то, чего еще не знают журналисты «Джетысуйской правды». Что в 1924 умрет В. И. Ленин, придет к власти Сталин и начнутся массовые репрессии,  что будет Великая Отечественная, которая унесет миллионы жизней наших соотечественников… И что великая революционная  мечта о построении  коммунистического общества не сбудется...

            Привет

Привет тебе, «Заря»,

Возникшая во тьме!

Привет, тебе, «Заря»,

Пора, пора тебе!

Давно средь темноты

Живительным лучом

Стучалась к нам в мечты,

Шептала нам о том,

Как радостью зальешь,

Ты свет, ты жизнь несешь!

Привет тебе! Поклон!

Давно средь темноты

Старалась победить

Ты бездны пустоты

И правды свет пролить.

И ждали мы тебя

Во мраке и впотьмах,

Насилуя себя

Со стоном на устах.

О, сколько низких дел,

Закрыла ночи тьма.

Но вот твой луч согрел,

Кончается зима!

Привет тебе, «Заря»!

Возникшая во тьме.

Привет тебе, «Заря»,

Привет! Поклон тебе

Маленький

10 марта 1918 г. «Заря свободы»