 № 208 (17080) от 09.11.2010
Виталий ЭНГОЛИ, бывший редактор «Ленинской смены»
?"А какой национальности у вас будут дети?" – как-то в шутку спросил я у своего товарища Альберта Садыкова, сына белоруски и татарина, когда он женился на красавице Вере Ябченко, дочери русской и украинца. "Татарами", – убежденно ответил Алик. Так и вышло.
Альберт родился в Белоруссии, а Вера – в Украине, но судьба свела их в Алма-Ате, в КазГУ. Мы жили с Аликом на одной улице, он окончил престижную школу № 25, я – не менее знаменитую школу № 41. Нас сблизило коллекционирование марок и значков. А еще мы увлекались патефонными пластинками.
– Зайди ко мне, я достал новые песни Марка Бернеса, – приглашал меня Алик.
Он был младше меня на год, но в КазГУ учился на курс старше – так распорядилась война. Через дорогу от университета было много закусочных, в ту пору их называли "америкашками". Туда забегали не только перекусить между лекциями, но и "посидеть" в день стипендии и зарплаты преподавателей. Демократия была полной, ведь деньги получали в одной кассе. Нередко сталкивались у окошка кассы с самим Мухтаром Ауэзовым, который читал в университете лекции по фольклору. В порядке вещей были встречи в закусочных студентов и преподавателей. У многих студентов за плечами была война, было что вспомнить о былых походах и преподавателям. Общались без зазнайства и панибратства.
А вот встречи без преподавателей, к сожалению, не обходились без глупостей. Однажды студент-журналист Закир Мавлютбердинов, будущий корреспондент московской газеты "Сельская жизнь", затеял спор с кем-то из своих товарищей: кто кого перепьет. В судьи почему-то выбрали Алика и студента истфака Алтая Сармурзина, ставшего впоследствии профессором.
Через некоторое время бесчувственных спорщиков судьям пришлось тащить на себе в общежитие.
В те годы журналистов постоянно привлекали к военной переподготовке. Готовили нас серьезно. После производственной практики в редакциях студенты проходили военные сборы в степи под Алма-Атой. Строгостей особых не было. Но гауптвахта была. Однажды после полевых занятий нас неожиданно построили. Растерянные офицеры, о чем-то пошептавшись, отправили к нам преподавателя политэкономии КазГУ капитана Виктора Пурица. Дрожащим голосом, как будто сам не веря себе, он сообщил нам о преступной деятельности Лаврентия Берии. Много потом было в моей жизни потрясений, но это запомнилось надолго. А Алик сказал:
– Что будем делать, соколики? Сначала Сталин умер, и это вдруг… Что же получается, соколики?
Альберт Садыков хорошо учился и после успешного окончания учебы поехал вместе с Сашей Белоцерковским в Талды-Курган на работу в редакцию областной газеты. В 1959 году вернулся в Алма-Ату литсотрудником газеты "Ленинская смена". Скромный, стеснительный и в то же время энергичный и очень симпатичный, Алик стал любимцем редакции. Он писал на разные темы, но больше всего – о целине. Были в его арсенале и интересные материалы, написанные за пределами Казахстана, – о Красноярской ГЭС, из Звездного городка, о великом музыканте Растроповиче.
Я по-прежнему бывал у него дома. Алик и в домашней обстановке не менялся – был смущенным, но не растерянным. Он любил шахматы, не забывал и о футболе – болел за "Кайрат". В шахматы сражались и в редакции. По мнению редакционного шахматного обозревателя Евгения Брауна, Алик был игроком неплохим. Алик часто повторял шутку известного артиста Ростислава Плятта: "Играю в шахматы в силу пятого разряда и только потому, что нет шестого".
Став замредактора, Алик оставался репортером, которого, как известно, ноги кормят. Потом заведовал разными редакциями в издательстве "Казахстан". Затем 10 лет "купался" в своей репортерской стихии в информационном агентстве КазТАГ. Поработал в Совете Министров республики помощником заместителя председателя правительства и заместителем управляющего делами Президиума Верховного Совета Казахской ССР. Перед пенсией Альберта Садыкова пригласили в комиссию партийного контроля при ЦК Компартии Казахстана.
Уходя из "Ленсмены", Алик написал в альбом на память: "В "Ленинской смене" не может быть старых или молодых. Есть ленсменовцы. Главное, ребята, сердцем не стареть!". Альберт не дожил всего два дня до своего дня рождения. Вспоминаю, как много лет назад, 25 июня 1963 года, ленсменовцы подарили ему на день рождения стихи:Не думай, мы не старики, мы
просто
Хотим, чтоб все в нас оставляло след.
Чтоб мы, не доживающие до ста,
С тобой прожили хоть бы двести лет.
Пусть не торопится перо в руке поэта
Поставить точку – вина запретить.
Раз жизнь идет, раз вертится
планета,
Мы будем жить, мы будем вместе пить.
Не думай, мы не старики, мы
просто
Хотим, чтобы все в нас оставляло след,
Чтоб мы, не доживающие до ста,
Прожить умели за день десять лет!
http://www.express-k.kz/show_article.php?art_id=45448
|
