1899 год, декабрь. «Туркестанские ведомости».
Начнем с международных новостей. В декабре 1899 начала ослабевать эпидемия чумы в Индии – число смертельных случаев по сравнению с предшествующей неделей сократилось с 5756 до 3672.
Продолжалась война Англии с бурами. 24 ноября в 6 часов близ реки Моддер начался бой. Потери англичан убитыми, ранеными и взятыми в плен составили 4572 человека, а между тем война только началась.
Верный слегка потрясло. «В момент толчка раздавался сильный подземный гул, как бы  от оружейного выстрела».
«Из европейской Европы наехали скупщики фазанов, заготавливают их по 40 копеек за пару. Жаль смотреть на это поголовное истребление посредством немилосердного убоя такой прекрасной и безвредной птицы, как фазан! Теперь в наших краях любителю-охотнику можно взять 3-5 штук в течение трехчасовой охоты, и после того, как месяц назад мы видели фазанов, спокойно расхаживающим по дорогам. Конечно, охота может быть допустима, но следует более или менее упорядочить эту охоту и, во всяком случае, не безвозмездно».
Корреспондент «Туркестанских ведомостей» А. Нурджанов в критической корреспонденции в газете за 5 декабря размышляет об устройстве поминок, которые «киргизы любят устраивать  чересчур уж роскошно». Приводит приблизительные расчеты: через год после смерти усопшего режутся от 200 до 300 баранов, от 50 до 100 лошадей, на чай, сахар и прочие мелкие расходы выделяется от 100 до 200 рублей. Итого получаются затраты от 1000 до 3000 рублей. И все бы ничего, но поминки устраиваются не одним  родственником умершего, а целой волостью. А когда приходит время уплаты податей, «мы – киргизы, сплошь и рядом лезем с жалобой к начальству, что на нас повинности наложены не по силам и благосостоянию… Мы, киргизы, сплошь и рядом говорим, что беднеем. Не думайте, что это происходит от уплаты податей и повинностей… Поменьше принимайте участие в устройстве поминок…»
…Вольная экспедиция г. Вильберга отправлялась в степи между Иссык-Кулем и Балхашом для сбора и препарирования зверей, птиц, жуков, бабочек. Часть добычи, наиболее редкие экземпляры, посылались в академию наук председателю Императорского русского Географического общества П. П. Семенову и в императорский Ботанический сад.
Ну а пока экспедиция собиралась в дорогу, на Верненском тракте между Бурным и Высоким замерзло, увы, несколько возников, застигнутых сильным бураном…
Читаю рекламу. Рекламирует себя Альберт Лориц: «Анестезия и каталепсия тела у себя и животных, разные уколы и порезы острым оружием…»
Через несколько номеров –  впечатление от выступления этого самого Лорица. «Самый важный фокус, которым он обладает, – это умение себя рекламировать, благодаря чему зала была переполнена от низа до верха. Звучала твердо заученная, но безграмотная абракадабра о гипнотизме, каталепсии, анестезии, о которых очень уж интересующиеся этим предметом люди лучше бы выслушали что-то от людей науки, но не от человека, обратившего все это в фокус to make money».
Как вы думаете, когда переписка остается секретной? Оказывается, когда минует переписчиков, для чего необходимо купить пишущую машинку «Бликендерферъ». Научиться печатать на ней можно за два дня, работать на ней можно даже в поезде. И стоит она всего 120 рублей.
В магазин «Самопощь» поступили конфеты от Абрикосовых, вино от Бекмана, коньяк Страуса, а  зелень и фрукты огневой сушки из Верного.
В одном из магазинов предлагалась ветчина привозная лучшего засола, «взявшим окорок варка бесплатно». Оптом и в розницу продавались «папиросы крученые из лучшего турецкого табака».
Крестьяне в то время пользовались следующими земледельческими орудиями труда: жнейками, пропашниками-полольниками, окучниками-грядильщиками.
Люди теряли в то время паспортные книжки, должностные печати и знаки.
В то время далеко не везде было электрическое освещение. Только шли переговоры об освещении в Ташкенте – центре Туркестанского края, в пример  приводился Воронеж, а Верный, похоже, 100 лет назад сидел еще при свечах. Что говорить тогда о деревне!
Лампочка туда, как мы знаем, добралась только при Ильиче.
3-го  декабря газета включается в спор, наступает ли с 1900 годом новое столетие?  Вот аргументы корреспондента.
«Переход 1899 года к 1900 году заставляет многих думать, что мы теперь переходим  от одного века в другой. Это не верно. В действительности мы входим в 100-й год нашего века, но не в первый год следующего столетия. Настоящий год можно назвать «нулевым годом». Начало будущего века отметится первым годом, то есть 1901 годом совершенно так же, как от рождения ребенка наступает первый год его жизни, а не нулевой». 
Рождество – этот вечный, не поддающийся сомнениям праздник, – нашел свое отражение на страницах «Туркестанских ведомостей». К Рождеству тогда все подходили очень серьезно. Была даже опубликована форма одежды. 25 декабря в военное собрание на семейный вечер полагалось придти в сюртуке с погонами. На бал-базар в дом генерал-губернатора – в сюртуке с эполетами. 31 декабря на встречу Нового года  в военном собрании – в обыкновенном мундире, ну а на маскарад в военном собрании – в обыкновенной форме.
Ну а закончить свой обзор «Туркестанских ведомостей» за декабрь 1999 года мне хочется одной рождественской цитатой:
«…19 веков живет уже обновленное человечество, просветленное животворящими заветами учения Христова, и теперь – на закате второго тысячелетия – по мере того, как седеет род человеческий мы видим себя все более коснеющими в крепко охватившей нас рутине жизни, отстраняющей от нас все дальше любвеобильные заветы нашего Божественного учителя….Но не будем впадать в отчаянье. Вспомним, что в каждом из нас теплится светоч любви к ближнему. И постараемся хотя бы в эти праздничные дни следовать больше порывам сердца, чем прислушиваться к велениям разума. Вспомним, наконец, что «Бог есть Любовь», что «где Любовь, там Бог»…