Поведение - это зеркало, в котором каждый показывает свой лик".
Дария Джумагельдинова
Караганда
Я вышла в тамбур попрощаться со своими провожающими. Двое парней-амбалов аккуратно, словно фарфоровую вазу, поставили рядом со мной маленькую пожилую женщину европейской внешности с кукольным личиком. Она виновато улыбнулась и сказала мне на казахском языке: " Картайдым!" "Состарилась!"
Молодые люди, бесцеремонно открыв ногой двери, направились по коридору. Грозный вид ее сопровождающих отпугивал пассажиров, они безоговорочно их пропускали. Старушка стыдилась, пыталась извиниться и едва поспевала за ними. Вскоре поезд дрогнул, один из ее провожающих поспешно спрыгнул из подножки вагона. Поезд плавно пошел по рельсам. Интересная бабушка. В каком купе она устроилась? – подумала я о ней. На вид ей было за шестьдесят, а глаза молодые, задорные. Я вернулась в свое купе. Старушка оказалась моей соседкой, она хлопотала, вытаскивая из сумок необходимые вещи. Я опустилась на свое место, второй провожающий – сопровождающий терпеливо ждал, когда она успокоится. Оставшиеся сумки он затолкал ногами под нижнюю полку, старушка умиротворенно расположилась у столика. Вид у нее был уставший, седые пряди выбились из-под платка, но она не собиралась спать.
Я чувствовала, что ей хочется поговорить, и первая обратилась к ней:
– Апай куда вы едете?
– Домой в Алматы. Приезжала навестить родственников.
– Вы живете в Алма-Ате?
– Да! А дети и внуки давно перебрались в Астану и меня зовут. Но в моем возрасте тяжело менять местожительство. Не хочу покидать дом, где прошли лучшие годы моей жизни.
– А ты куда путь держишь? – поинтересовалась она.
– В командировку в Алматы.
– А как тебя зовут? - спросила она.
Я назвалась. Хорошее имя! По-арабски Сагира – маленькая. Ты и на самом деле дюймовочка!
Я удивилась. Старушка знала арабский язык.
– Можешь меня называть Айша-апай.
– Какое красивое имя! Как оно вам идет! – захотелось и мне сделать ей ответный комплимент.
Парень, провожавший мою попутчицу, устроился на верхней полке и тотчас же захрапел. День был жаркий, в купе наконец-то заработал кондиционер. Потянуло прохладой, и запах дорогих духов моей соседки заполнил наше купе.
– Наверное, тебя смутила моя внешность?
– Нет, мне вы сразу понравились, красивая женщина и приятная собеседница.
Старушка была польщена. Не каждая женщина в ее возрасте слышит о себе восторженные отзывы.
Я с удовольствием разглядывала ее. На ней было струящееся шелковое платье жемчужного цвета, сверху изящный казахский камзол из синего панбархата украшенный серебристым орнаментом. Элегантным движением руки она развязала платок и слегка набросила его на голову. Он сливался с голубизной ее глаз, а седые волосы казались серебристыми.
Она была похожа на добрую волшебницу из немецких сказок. Сколько раз мне приходилось бывать на интернациональных свадьбах в аулах, где подавались разных интернациональных кухонь блюда, и поздравления были на нескольких языках. В этих аулах люди жили в достатке, и даже их дети были полиглотами. А там, где народ живет в достатке, не бывает межэтнических конфликтов.
Айша-апай пояснила:
– Так получилась, что я ж рожденная русской, не волею судьбы в жизни стала казашкой. Я не знаю, как во время войны мы с мамой оказались на юге Казахстана, скорее всего, нас туда эвакуировали. Моя мама заболела в дороге и умерла, оставив меня одну среди незнакомых людей. Может, оттого, что я была ребенком, не успела все осознать и испугаться незнакомых людей, я быстро привыкла к новой жизни. Семья, приютившая нас с мамой, потом удочерила меня. Я интересовалась, кто были мои родители? Но почти никто не помнил мою маму, она не успела со всеми познакомиться и рассказать о себе. Говорят, что приехала она уже больной, и ей мешал языковой барьер. Сколько я помню себя, никто меня не искал. Мы с мужем впоследствии обращались в различные органы, но бесполезно. Из-за того, что не осталось никаких документов, я даже не знаю свою настоящую фамилию. Возможно, ее надо было скрыть, и перед смертью мама попросила это сделать, тут много тайн. Остались лишь отрывки детских воспоминаний: поезд, бомбежка и долгая езда на грузовике, в котором мы мерзли, и может, это послужило причиной смерти моей мамы. Я воспитывалась в казахской семье, где меня любили и боготворили.
Я благодарна своим приемным родителям. Они удочерили меня не в лучшие годы, в то голодное время многие семьи сдавали своих детей в детские дома. И замуж я вышла за казаха, по любви, никто не принуждал меня. Кроме внешности, у меня ничего не осталось от другой нации. Родной язык я изучила позже, когда переехала с приемными родителями в город. После окончания школы, они отправили меня учиться в Алма-Ату. Много средств ими было затрачено, чтобы я достойно выглядела среди студентов, они ничего для меня не жалели. Видно, такая судьба мне дана. Сверху Боженьке виднее, если он решил так поступить со мной. Я знала, что я русская и мечтала стать учителем русского языка. Хотя казахский можно сказать стал для меня родным.
Я внимательно слушала Айшу-апай, мне нравился ее мягкий говор – так разговаривают казахи-южане. И представляла ее маленькой девочкой, одну в совершенно иной национальной среде. Бедное дитя, какие тяжелые испытания выпали на ее долю.
Айша-апай рассказывала о своей семье. Полвека она прожила с мужем и называла себя счастливой женщиной.
. – Прошло три года, как мой муж покинул меня, ушел в иной мир. Скоро и я последую за ним, и вновь мы будем с ним счастливы – убежденно заявила она.
Мне была непонятна ее радость найти покой в загробной жизни. А возможно, муж дал ей столько счастья, что для нее рай только с ним. Я позавидовала ей белой завистью, редко какая женщина может так говорить о своем ушедшем муже.
– Неужели вы не боитесь смерти, и верите в загробную жизнь? – не удержалась я от вопроса.
– Нет, не боюсь, – мягко улыбнулась она. Я прожила долгую и красивую жизнь. И если бы не вера, в загробную жизнь, я бы сошла с ума. Мне семьдесят три года, я была любима и сама любила. Кто испытал это чувство, тот может понять меня. Дети и внуки посмеиваются надо мной, а я живу своими воспоминаниями. Я верю в Бога и знаю, что наша главная жизнь там наверху, где мы обретаем бессмертие.
Я чувствовала к ней расположение и предложила почаевничать. Айша-апай посмотрела на часы и попросила: "Если можешь, подожди, пока совершу вечерний намаз".
Я онемела. Несколько раз я пыталась ходить на курсы арабского языка, но так и не одолела алфавит. Не знала ни одной молитвы. Просила сына-арабиста написать мне молитвы русскими буквами так их легче выучить, но он категорически отказался мне помогать – осуждал, мое легкомысленное отношение к религии. «Неужели тебе не стыдно? Ты прожила почти пятидесяти лет и не можешь уделить год на изучение языка –
упрекал он меня».
Те писульки, которые тебе пишут твои полуграмотные знакомые, никогда не научат тебя правильному произношению молитвы. Тут я тебе не помощник».
Я надолго рассталась с мыслями выучить арабскую грамоту. И в душе признавалась, что сын мой прав. И дала зарок в возрасте пятидесяти пяти лет усиленно заняться языком и одолеть его вопреки скептицизму сына. Он мне не верил, считал, что я не смогу победить свою лень, и мне не дано стать законопослушной прихожанкой. В присутствии Айши-апай я готова была от стыда провалиться под землю. Она не стала осуждать мою несознательность, и заниматься нравоучениями, а вышла из купе, чтобы подготовиться к вечерней молитве. Когда она вернулась, я была поражена ее обликом. На ее лице появилась торжественность и отрешенность. Вот кто был настоящей мусульманкой! А не наигранной, которую любят демонстрировать мои знакомые. Этот человек верил и отдавался Богу по -настоящему. Она вызвала во мне восторженные чувства и чувство своей никчемности.
Какой урок получила! - повторяла я про себя, чувствуя, как от стыда краснеет мое лицо. Я вышла из купе под храп молодых парней, бабушка читала молитву, не обращая на них внимания. Она осталась наедине с Богом и никого не замечала.
Я решила реабилитироваться перед нею и напоить ее своим фирменным чаем, чтобы искупить свое невежество. Мне нравился ее красивый мелодичный голос, чувствуется, что в молодости она была кокеткой. Ее манеры выдавали в ней капризную избалованную, любимую и умную женщину. Я часто езжу в поездах и мне приходится выслушивать душещипательные истории. Обычно мои попутчики рассказывают о своей несчастной судьбе. Мне оставалось выслушивать и сочувствовать им .
С такой жизнерадостной пассажиркой впервые мне довелось путешествовать. Когда она вышла в коридор, я впервые задала себе вопрос: а каким я являюсь человеком? Приятно ли мое общество другим людям? Умею ли я слушать и рассказывать. Вначале я кажусь всем высокомерной, заносчивой. От этой показухи, я не могу избавиться. Может в этом, виновны мои родные, которые говорили: не забывай, что ты из интеллигентной семьи и должна держать марку: много не разговаривать, а вести себя достоинством.
Многие из нас и не задают себе такие вопросы, а как я выгляжу со стороны? От каких черт мне надо избавиться? Встреча с этой женщиной дала мне повод задуматься о своей собственной персоне. Айша -апай была интеллигентной женщиной, иногда испуганно меня спрашивала: "А тебе не надоела моя болтовня?" "Нет!" - говорила я, обнимая ее.
Передо мной сидела красивая, умная и счастливая женщина, пожилого возраста. Не зря говорят: Любви все возрасты покорны! Она не хотела покоряться старости и жить серой жизнью, жила яркими воспоминаниями и несмотря на то что ее дети не понимали ее, она на них не обижалась. Айша-апай признавалась, они осуждают ее поведение, ею нельзя было не восторгаться. Она не жаловалась на судьбу, не обижалась, что потеряла мужа, воспринимала все, как в порядке вещей, и каждый раз благодарила Всевышнего за прожитую жизнь. Ее речь была искристой, красивой, она чередовалась, как разноцветные бусинки на одной нити. Я слушала ее и радовалась: Вот на кого надо мне равняться! Я поняла, что эта женщина с чудесными голубыми детскими глазами, в душе осталась девочкой. Она влюбилась в одного мужчину, и величественно несла свою любовь, как корону. Рядом с ним она была королевой. Я прервала ее речь и с ревностью спросила:
-Наверное, вы никогда не ругались с мужем?
- Ругалась и как ругалась - призналась она. Кричу, ругаюсь, а он улыбается, потом поднимет на руки, отнесет в спальню и говорит: теперь отдохни! Сколько энергии ты потеряла, когда кричала, запомни: нервные клетки не восстанавливаются.
- А кто чаще из вас шел на конфликт? - придирчиво спрашивала я.
- Кто? Конечно я! Я изводила его своей ревностью. Мне, казалось, что он самый красивый и самый умный и все женщины хотят отнять его у меня. А он говорил:
-Бери палку, и выгоняй всех, кто будет входить в мой кабинет.
Его любили, он рос по службе. И завидовали ему. А он выше всех был и ростом и умом! Он понимал, если будет другим, его уничтожат. А потом как-то признался:
-Мне тяжело было работать, все завидовали, а тут ты еще со своей ревностью.
И тут, когда я услышала его признания, мне стало стыдно. Я перестала его ревновать, как отрезала. Он спешил домой посоветоваться, поговорить, поделиться. Вот какой у меня был муж! Как хорошо, что я вовремя опомнилась. Сохранила ему жизнь. Жаль, что в слепой ревности мы не задумываемся, как от этого страдает семья. Мы женщины можем возвысить и предать!
Я не переставала ее спрашивать: Почему после свадьбы люди меняются? А она мне приводила пример:
- Почему, новорожденный кричит?
- Легкие развивает - отвечала я. Так объясняли врачи, и ученые медики всего мира - защищая свои диссертации.
- Нет, новорожденный, кричит: чтобы проверить, кто в семье главный он ли вы? Если он кричит, и вы постоянно берете его на руки. Он делает вывод - что в семье главным - является он, диктовать будет вам свои условия. Потому что он родился человеком.
- Надо ведь! - с восхищением признавалась я. Получается, что он уже соображает?
- Да, соображает и если пойдешь у него на поводу, будешь пожизненно ему подчиняться.
А я глупая не знала, бежала на крик детей и всю ночь на руках их носила. А они кричали, и не давали мне покоя. И совсем меня не жалели. Какие вы бессовестные! - запоздало ругала я своих детей. Каким мудрым был наш народ! Когда говорил, что детей надо воспитывать с самого рождения. Значит, маленький сопляк, родившись, программирует своих родителей. Заплакал - взял на руки, всю жизнь будешь ему подчиняться.
Точно также поступают мужчины, они тоже хотят заставить вас подчиняться.
- Да! - признавалась я. Вы - мудрая женщина!
- Какая мудрая? Мне в жизни повезло со свекровью и родственниками. Они всех моих детей воспитали, а мудрость пришла, когда их не стало и мне пришлось самой внуков нянчить.
- А кем стали ваши дети? Вы довольны своими детьми? - задала я нетактичный вопрос. Айша-апай задумалась.
- Я знаю многих родителей, которые разочарованы в своих детях. И сочувствую им.
- Моя знакомая рассказывала про свою соседку. Ее дочь замужем за высокопоставленным чиновником. Когда мать приезжает, дочь эксплуатирует ее, она в ее доме: убирается, стирает, варит, за детьми смотрит, помогает встречать гостей, и ни разу ее не посадили с ними рядом, стесняются. Соседка долгое время скрывала и все время хвалилась дочерью, а однажды расплакалась и призналась ей, что дочь воспринимает ее не как мать, а как служанку. Сейчас другие времена и дети. Многие родители разочарованы - повторила она с грустью. На миг я увидела в ее глазах слезы, которые она старалась не показывать.
- Разве раньше допустили бы родители, чтобы их дети голос на них поднимали? У наших соседей по дому сыновья избивают отца, который в молодости не отличался примерным поведением. Кто здесь виноват? Конечно мать. Это она допустила, что муж издевался над ней. Ей надо было от него бежать, а раз не смогла, то не надо настраивать детей против отца. Поднять руку на отца могут только невоспитанные дети. Эти дети не получили достойного воспитания. А завтра они поднимут руку и на мать. Все перевернулось на этом свете, из-за квартиры дети с родителями судятся, выгоняют их, киллеров нанимают, чтобы их убить. Вот поэтому надо верить в Бога, потому что вера спасает людей. Верующие никогда не пойдут против родителей.
- Я родила пятерых детей и все они разные, как пять пальцев на руке. Как женщина похвастаюсь: я довольна своими дочерьми. Если женщина хорошо воспитала дочь, она никогда не бросит мать и всегда будет ей помогать. Зря мы казахи обожествляем сыновей. Есть русская хорошая пословица: "Ночная кукушка, перекукует дневную". Обычно сыновья беспрекословно подчиняются женам. У таких мужчин жены не чтят родителей мужа. Мне повезло, когда рядом был муж, сыновья подчинялись отцу. Умер муж, я разочарована в сыновьях. Мне больно в этом признаться, и говорю я об этом впервые.
Я с восхищением слушала ее рассказы, а было что послушать, чему поучиться. Она то смеялась, то плакала, менялся цвет глаз. То он становился небесно-голубым, то темнел как море перед бурей. Она с улыбкой и нежностью рассказывала о муже. Я завидовала ей. И восхищалась неведомым мужчиной, который до краев, заполнил собой эту красивую женщину. Каким надо быть умным, красивым и мудрым, чтобы дать столько счастья своей жене! Она рассказывала, как влюбилась в своего мужа, как вышла за него замуж. И сколько с ним поднимала колхозов и совхозов, как поднимался он, по карьерной лестнице и как завидовали ей женщины. Она жила с самым лучшим мужчиной - мечтою всех женщин! Айша-апай рассказывала с юмором, как завоевала своего мужа, как планировала с ним встречу. И честно призналась: судьба мужчины в руках женщины.
Любого мужчину можно завоевать - если ты умная женщина.
Поступив в алматинский Женский педагогический институт, она долгое время жила у родственников приемных родителей. Они отнеслись к ней, как к собственной дочери баловали, и любили ее, мечтали, чтобы она стала их снохой.
Рядом с их домом на квартире жил высокий кудрявый юноша. Он любил читать книги, спрятавшись в тени яблонь. Она влюбилась в него. Любила наблюдать за ним, спрятавшись из окна, мечтала о нем, как о жар птице. Однажды увидела, как он целовался с ее однокурсницей и в тот день, чуть не умерла от ревности. А потом ругала себя: как я могу его ревновать! Если он не знает ни моего имени, ни про мои чувства. Он не был обделен женским вниманием. У него был богатый выбор, в то время в институте учились дочери и внучки министров и всей элиты.
- А как вы добились, что он стал вашим мужем?
А это долгий разговор. Однажды возвращаясь с учебы, я упала в обморок. И в это время Ильяс возвращался с института, на его глазах мне стало плохо, я стала падать, он подхватил меня, собралась толпа зевак, тогда не было соток, пока нашли телефон, я лежала без чувств. Он держал меня, наклонившись на коленях. Потом принесли стул, толпа, комментировала: какая красивая девушка! Меня отнесли под тень дерева, влажным полотенцем вытерли лицо и лоб. Придя в чувства, я по-казахски стала звать маму. Толпа изумилась, девушка говорит на чистом казахском языке, многие восхищались, юноши мечтали поближе со мной познакомиться. Тут подъехала скорая. Ильяс поехал со мной в больницу, ждал, пока поставят диагноз. Солнечный удар спровоцировал обморок - объяснила дежурная врач. Она спросила: кем приходится он мне? он назвался братом. Забирай сестренку - предложила ему врач. На такси он привез меня, и каждый день справлялся о моем здоровье. У него были ко мне родственные чувства. Он и вел себя как брат, был нежен и вежлив. Однажды я призналась своей подруге, что люблю его, а он не обращает на меня внимание. Она предложила: "А ты найди какого-нибудь парня и встречайся. Увидишь: будет твоим! Она оказалась права, мой новый кавалер прилип ко мне и не хотел ни на минуту со мной расставаться. Ильяс стал ревновать, а однажды сказал:
-Ты не морочь никому голову, выходи за меня замуж! Свадьба состоялась у него в колхозе. Мои родные тоже были приглашены. Я знала, что его родители были против нашего брака. Моя мама переживала. А отец не показывал вида. Его родители были известными людьми, отец был директором колхоза. По тем времена жили они зажиточно. Каждый год, досрочно сдав экзамены, мы спешили домой, где нас ждали его родителями, три брата и три сестренки, а также дедушка с бабушкой.
Я была единственной дочерью в семье. А тут пришлось вьюном виться, чтобы понравится его родственникам. Вначале я завоевала любовь его младших братьев и сестер пекла им пряники, печенье. Потом завоевала любовь деда и бабки. Ухаживала за ними, когда они вместе делали намаз в отдельной комнате, готовила им теплую воду, поливала из ковша. После намаза поила их чаем, и чем-нибудь вкусным, они любили меня. Особенно я любила бабушку, наблюдала, как она совершает намаз. Однажды она предложила мне: давай понемногу я буду тебя учить. Мне понравился язык, на котором читались молитвы. Он был красив, звучал, как музыка и я постепенно выучила молитвы, и арабской грамоте она меня научила. Бабушка была терпеливой и ласковой. Ее дед был муллой, и она гордилась этим. В те непростые времена, отец отправил единственную дочь в медресе в Узбекистан. В те годы сыновей толком не обучали грамоте. Его бабушка была мудрой женщиной. Стать мусульманкой я решила еще в детстве в благодарность за мое спасение. Мне хотелось сделать что-то полезное для казахского народа, который удочерил меня. Я была ребенком, и знала, добро надо помнить всегда!
Его семья вставала рано, девочки брались за уборку, а мальчишки занимались хозяйственными делами. В шесть утра отец уезжал на работу, переделав домашние дела мать спешила за отцом возвращались они когда дети спали. Хорошо, что с ними жили родители мужа. Муж признался, его мама была воспитанницей детского дома. Вставать в шесть часов утра она приучилась в детдоме. Утром, когда дети были маленькими она мыла пол, на ночь варила, со временем эту работу стали делать дети. Их семья была образцовой в колхозе. Даже коровник у них был побелен и покрашен. Родители знали, что всегда на виду и поэтому старались вести достойный образ жизни. В их доме никто никому не перемывал косточки. Мало говорили, больше работали. В семье ценились учеба, и каждый из детей знал, что обязан хорошо учиться и в дальнейшем получить хорошее образование.
Его мама работала ветеринаром, в семье любили животных. Много было кошек, рыбок, попугайчиков, кошка с котятами свободно гуляли, а вечерами возвращались домой. Мой муж с благодарностью и любовью вспоминал свое детство. Он боготворил родителей, и мне ничего не оставалось, как научиться полюбить их. Это было совсем непросто. Мудрыми в их семье были, дед с бабкой они взирали на все молча. Однажды в присутствии отца они сказали: " Вы что не замечаете, что наша сноха беременна? И этот день навсегда изменил мю жизнь. Мне разрешали вставать попозже, дома я валялась, сколько хотела. Варили мою любимую еду и старались от всего меня отстранить. Я занималась выпечкой, даже посуду за собой перестала мыть. Его мать не любила меня, а отец восхищался, оберегал, заступался, если видел, что незаслуженно меня обижают, это вызывало у свекрови неодобрительные эмоции.
Однажды я услышала, как она признавалась своей подруге, что я заняла ее место в доме: "Если я умру, мне кажется, никто не заметит" - сказала она ей. Я поняла, что мне надо убедить ее в обратном. Я решила завоевать ее любовь. У нее намечался юбилей. Наша комната с мужем находилась в глубине дома. В ней стояло мое приданое, которое в то время считалось богатством. У меня была ножная машинка, свои наряды я сшила себе сама. Вот там спрятавшись, по меркам ее старого платья я тайком от всех шила свекрови роскошное панбархатное платье. Это был мой подарок к ее юбилею. Накануне праздника мне стало плохо, я молила Бога, не дать сорвать ее юбилей. Я понимала, нелюбовь ко мне перерастет в ненависть, если я испорчу ее праздник. Оказалось, судьба решила со мной сыграть злую шутку, в ту ночь я была отправлена в роддом. Перед уходом я подарила ей платье. И извинилась, что сорвала ее праздник. Свекровь была в восторге от платья, оно сидело на ней, как влитое. После рождения сына она была растрогана, плакала и всем рассказывала, как я с большим животом, мучилась за машинкой, чтобы угодить ей.
Юбилей они сделали позже, рождение внука оказалось самым роскошным подарком, который получила она в тот день. Потом свекровь призналась, люди спешили к нам с поздравлениями и они никому не стали напоминать, что у нее в тот день был день рождения. Больше месяца шли люди и больше месяца праздновали день рождения нашего сына. Я со своим мужем находилась в нашей комнате и свекровь не разрешала выходить к гостям. Она полюбила меня и стала бояться, что меня сглазят.
Наш голубоглазый сынок, вырос, женился, и внуки теперь у меня с голубыми и карими глазами. Так как мы были студентами, мы уехали в столицу, оставив сына у родителей. Я не могу признаться, что я сильно скучала, для меня главное было, чтобы со мной был любимый. Я знала, что мой сын находится в надежных руках. Со временем его родители купили нам домик, который мой муж с годами стал перестраивать. Мы оба, закончили во время институт, и отправились по распределению в другой совхоз.
Мой муж быстро поднимался по служебной линии. Он стал комсомольским вожаком, недолго ходил в секретарях, был парторгом, директором совхоза, так он дослужился до замминистра. Самая большая радость, когда мы получили квартиру в центре Алматы, потом отстроили особняк. Я родила пятерых детей, и когда они выросли, мы с мужем стали ездить на курорты.
Все было в нашей жизни и взлеты и падения. Я была верным другом, и мы вместе с ним преодолевали все препятствия. Перед смертью мой муж поблагодарил меня за совместно прожитые годы и признался, что не верил своему счастью, быть мужем такой красивой женщины. Прошло три года, как он умер, а я не верю, мне кажется, что он в очередной длительной командировке. Однажды он приснился мне и он сказал: "Ты должна увидеть то, что я не видел, когда ты вернешься ко мне, обо всем расскажешь".
Я часто езжу в гости к детям, в пути встречаются разные пассажиры. Многие восхищаются, тем, что я приняла другую веру. А есть и осуждают меня. Я давно заметила, что люди стали грубее. По поступку одного человека мы судим о народе.
Я помню время, когда в нашем ауле стали появляться: чеченцы, корейцы, немцы. И каждого обездоленного казахи принимали, делились последним куском хлеба.
Я считаю, что эти люди не осознали величие казахов и обязаны поставить памятник нашему народу. И передать каждому поколению: уважать и боготворить нашу нацию! В отличие от них я маленькая девочка в благодарность за доброту к себе приняла веру и стала казашкой. Я много раз задавала себе вопрос: права ли? И приходила к мнению, что права. Нельзя быть неблагодарной. Я подарила казахской нации настоящих патриотов, которые знают мою историю и гордятся своей бабушкой.
В основу рассказа положена реальная жизненная история
|
